Как открыть шоу-рум и сделать карьеру дизайнера одежды

Как открыть шоу-рум и сделать карьеру дизайнера одежды

Уютный Backstage шоу-рум, где представлена одежда русских дизайнеров, находится в самом центре Москвы. Высокие потолки, тяжёлые бархатные портьеры примерочных, много пространства, стеклянные столики, витрины с авторскими украшениями и рейлы, на которых развешана одежда – по оттенкам цветов. Вещи так и притягивают к себе – благородные ткани, качественный пошив, необычный дизайн… тут есть всё на любой вкус – среди разных брендов и коллекций каждый найдёт что-нибудь подходящее.

Придумавшая вместе с двумя коллегами этот женский мини-рай Анастасия сидит с чашкой зелёного чая на уютном диване и рассказывает, как всё это у них получилось. Глядя на неё, ни на секунду не усомнишься, что перед тобой – дизайнер до мозга костей, настолько безупречен её имидж от стильных дзика-таби на ногах до причёски. И вряд ли кому придёт в голову, что историю с шоу-румом и авторской одеждой затеяла не выпускница Текстильного института им. А.Н.Косыгина, а эколог, кандидат биологических наук. Впрочем, дизайн пришёл в её жизнь задолго до шоу-рума, когда она вместе с Юрием Бачинским создала собственный бренд (поначалу он назывался Sugarfree, потом – Sophistika).

Вопрос 1.  Как Вы встретились со своей работой – сразу, по воле случая или в результате долгого поиска?

Настя: Не то, чтобы случайно, но история довольно странная. До 2005 г. в моей жизни всё было ясно – бакалавриат, магистратура в РУДН, диссертация на базе МГУ – эти процессы занимали всё время. А потом я защитилась, и с 2006 по 2013 гг. работала экологом в Смоленском национальном парке – как мне объяснили, было бы глупо защитить диссертацию и не работать по профессии. У меня были хорошие перспективы – мне предлагали пойти работать в МГУ, впереди маячила докторантура, но… мир академической науки очень жёсткий, а я по натуре своей не склонна к борьбе, и прорываться наверх мне было лень, хотя сама профессия нравилась.

Со времён института я одевалась с помощью портних-надомниц и всё время что-то шила, одежду себе придумывала сама. Тогда ещё не было интернета, поначалу не было и журналов моды, их привозили откуда-то! В 1996 г. появился Bazaar, потом, в 1998 г. – Vogue, L'Officiel, я их изучала, фантазировала сама... Так и пошло. Когда наступил кризис 2008 г., моя сестра спросила: «А почему ты для других не шьёшь? Будет у тебя замечательное дело». Тогда казалось, что это очень просто – вложений никаких не надо, деньги можно изымать из оборота, чтобы обойтись без инвесторов. Всё получилось как-то само собой.

При этом я не могу сказать, что меня очень интересовали шмотки, и шопоголиком я никогда не была. Наверное, для меня это был способ самовыражения. Когда я только начала заниматься этим делом, у меня была идея, что сущность человека проступает через одежду, одежда с человеком взаимодействует, и непонятно, кто там кем виляет – хвост собакой или собака хвостом… И первая коллекция получилась довольно авангардной – из щелей в платьях выпирали гроздья гаек и болтов, в прорезях были пуговицы, какие-то шурупы накручены… но что самое интересное – всё это продалось. Из той коллекции у меня ничего не осталось, ни единой вещички.

Может быть, дело пошло легко, поскольку я была непуганой, не понимала всех сложностей… К тому же был личный опыт работы в авральном режиме – моя портниха приезжала в Москву на две-три недели, и за это время нужно было сделать себе гардероб. Я быстро обегала все известные мне магазины, подбирала всё к эскизам – ткани, фурнитуру… Так что представление о том, как именно действовать, у меня было.

Когда я начала своё дело, мне посоветовали одну портниху во Львове, опыт оказался успешный. Я тогда подумала: «Как здорово, я люблю ездить во Львов, а вот у меня там и дело!» И какое-то время ездила туда три-четыре раза в год с готовыми комплектами технических экскизов, отшивала всё там и назад везла готовые вещи.

Параллельно училась, пыталась урвать у всех, с кем общаюсь, какого-то опыта – у портних, у конструкторов… ходила на курсы, чтобы понимать, как это делается. Поначалу шила два-три экземпляра, но уже для третьей коллекции выпустила по нескольку размерных рядов, и она тоже вся разошлась (я до сих пор оцениваю её как очень удачную, феминистская такая была коллекция). Сейчас уже всё шьётся здесь – есть надомница, которая на меня работает, а если нужно много экземпляров, отдаю в цех.

Когда я только начинала, было очень мало возможностей найти работы русских дизайнеров, хотя интерес к этой теме уже назрел. И была Мария Бергельсон, которая начала делать Sunday up market, сначала в формате pop-up store. С 2009 г. я участвовала в этих маркетах, и у нас разбирали всё. Я тогда, конечно, шила мало, но это было ошеломительно… Ты совсем-совсем новичок, приходишь со своими вещами, и совершенно незнакомые люди берут и сметают всё. Я помню это чувство пустой вешалки, было кайфово очень. Тогда маркетов было очень мало, они случались достаточно редко, публика их ждала, и это всегда было что-то интересное. Там я познакомилась с Кристиной Топс (Рузанну Гукасян я знала ещё раньше), и в какой-то момент мы поняли, что нужна площадка, где люди смогут покупать дизайнерские вещи постоянно, независимо от маркетов. Так и появился наш шоу-рум.

Надо сказать, что по деньгам мы в результате оказались в очень выигрышном положении – когда в шоу-руме выставляется группа людей, каждый из них платит совсем небольшую аренду. Даже если у меня в каком-то месяце мало продаж, эта аренда меня не убивает, я могу подняться и идти дальше. А если бы я была тут одна, даже единственная месячная аренда могла бы положить конец моему бизнесу. Впрочем, несмотря на кризис, девушки продолжают покупать наши вещи. А по индивидуальному пошиву заказов стало даже больше – клиентки всё чаще заказывают вещи по своим меркам или из другой ткани… Возможно, дело в том, что в кризис люди хотят за свои деньги получать больше услуг, больше внимания, а мы, в отличие от магазинов, можем им это предоставить.

Вопрос 2. Какое место в Вашей жизни занимает работа?

Настя: Собственно, работа и есть моя жизнь, они совпадают. Выходных не бывает. Правда, я могу позволить себе уехать – да, пока меня не будет, моя работа остановится, но я не связана жёсткими сроками, могу позволить себе сделать паузу. Например, в прошлом году мы съездили в Индию на 56 дней. Что касается карьеры, тут у меня позиция не популярная – я не стремлюсь свои вещи вагонами отгружать, расширяться и т.п. Если у меня что-то тормозится, я себя подгонять не буду – лучше задержусь и сдам коллекцию, когда уже все сроки вышли, но доработаю её, как мне нравится.

Когда я смотрю на большие Дома мод, у которых очень жёсткие сроки и чёткое расписание, мне их жалко, потому что они не успевают получить удовольствие от процесса. А я успеваю, я могу себе это позволить. Да, я понимаю, что это не способствует быстрому расширению, нарастанию массы и т.д., но я к этому и не очень стремлюсь. Для меня главное процесс, и ещё очень важно, чтобы было качественно, а если что-то начинаешь делать слишком быстро, то качество страдает – не потому что кто-то плохой, а потому что так получается. Закон такой. Я тут в Берлине посмотрела дизайнерские вещи – это караул какой-то с точки зрения качества. Две трети просто не взяла бы в шоу-рум, если бы ко мне пришли с таким качеством, – ненастроенный оверлок, нитки торчат, строчка идёт-идёт-идёт, а потом брошена и начата заново! За это даже на поточных фабриках руки отрывают, это просто не пропустит ОТК! По-моему, если уж ты вещь продаёшь за 200 евро и больше, нужно уважительно относиться к своим потенциальным клиентам и стараться. Дизайн там хороший, но качество зачастую совершенно неудовлетворительное.

Вопрос 3. С какой музыкой Вы бы сравнили свою работу?

Настя: С определённой музыкой сравнить сложно, потому что бывает по-разному. Когда завал заказов, а ты одновременно пытаешься выпустить коллекцию, начинается брейк-бит. А в другое время бывает, что такой эмбиент спокойно-расслабленный … Но в целом, наверное, если совсем глобально, то это американские академические минималисты, типа Филипа Гласса, Стивена Райха. Капает, капает… а вроде и развитие есть какое-то… такая, немножко промышленная музыка.

Вопрос 4.  Если бы вы искали себе преемника, на что Вы бы обращали внимание?

Настя: Тут важно, что преемнику нужно от этой должности. Я бы, во-первых, искала человека, который был бы достаточно универсальным солдатом и мог бы работать в моей стилистике. Во-вторых, он должен проникать во все мелочи вопроса, как я… он должен быть очень сильно заинтересован. Это, кстати, тот вопрос, который всегда встаёт, когда мы нанимаем человека, потому что очень часто бывает, что люди приходят просто на должность. Это совершенно бессмысленно. Они как пришли к нам аморфные и пастозные, так и будут сидеть на этой должности. А нужно, чтобы человек не на должность приходил, а в какую-то историю, и чтобы он был этой историей страстно увлечён! Человек должен жить этим.

Вопрос 5.  Что раздражает в Вашей работе, утомляет? Что даёт силы двигаться дальше?

Настя: Раздражает безответственность, невыполнение взятых на себя обязательств. Обычно, когда я прихожу на производство, мы обсуждаем все нюансы, глядя на картинку, где отмечены важные места. Но при этом иногда довольно-таки неожиданные вещи вылезают – то, о чём мы договорились, не выполняется, сроки срываются.

Ещё была эпопея с поиском хорошего продавца. Зарплата у нас сравнима с той, что получают в ГУМе на аналогичной должности При этом довольно расслабленная обстановка, и по графику работы, и по атмосфере – мы не требуем, чтобы продавец непременно всё рабочее время стоял навытяжку у вешалок. К сожалению, на собеседование часто приходят такие, которые ничего не знают про наш шоу-рум, не могут ответить на вопрос «зачем вы сюда пришли?» Мы всегда тестируем кандидатов, просим подобрать пару комплектов – скажем, для невысокой и полненькой девочки и для высокой худой – и зачастую потенциальный продавец говорит «вот это бы я надела». Но ведь нужно подбирать не то, что «она бы надела», а то, что подойдёт другому человеку – покупателю! Это мало кто понимает…

Утомляет всякая бухгалтерия, о ней даже думать противно. К счастью, это всё не бесконечно, и можно отдать на аутсорсинг не очень дорого. Потом, поскольку всё достаточно просто, мы же не супер-корпорация, то и сложностей особых нету.

Вопрос 6. Что бы Вы посоветовали самой себе в начале карьерного пути?

Настя: Ещё в институте поучиться, причём, по той же специальности. Рано я в институт поступила, попозже бы немножко… Учиться толком начала курса с третьего. Так что я посоветовала бы себе поработать годика два, а потом поступать в институт. Как раз за это время голова бы на место встала, учиться стало интересно… Конечно, мне было не противно и первые два курса, но времени отчаянно не хватало на учёбу, просто никак не хватало! А дальше всё текло естественно, нормально развивалось, я ни в чём насилия над собой не совершала, в этом плане мне очень везло. Так что и советовать, вроде, нечего.

Вопрос 7.  Вы могли бы заниматься чем-то ещё? Чем именно?

Настя: Я бы, наверное, всё-таки попреподавала в вузе, как меня звали… А ещё открыла кафе с кухней имени себя. Еда была бы достаточно простая, но в сборном ключе, потому что я люблю миксовать. Когда мне интересно что-то приготовить, я очень часто отталкиваюсь от продуктов – скажем, есть два продукта, и я стараюсь выяснить, что с ними делают, потому что мне кажется, что это было бы классное сочетание. Я нахожу в интернете два десятка рецептов, делаю микс-ап и что-то такое своё готовлю. Не всегда, конечно, получается, но как правило, выходит вполне съедобно. Мне очень многие друзья говорят – «давай, открой кафе».

У меня и опыт определённый был, я как-то делала званый ужин на 22 человека. Причём там нужно было выполнить особую задачу – среди них двое не ели свинину, было несколько вегетарианцев и какое-то количество обычных людей, и надо было обеспечить разнообразие блюд… я справилась. Было интересно. Дело в том, что 22 человека – это совсем другие количества, начинаешь прикидывать, сидеть с калькулятором, думать, сколько каких блюд нужно, подсчитывать количество ингредиетов, вес пропорций

Я правда, к сожалению, часто забываю свои рецепты. Надо записывать. У меня уже есть блокнотик (смеется), но пока он пустой.

Ещё статьи и услуги по теме